Министр иностранных дел России Сергей Лавров выступил с огромной речью на полях специальной сессии Анталийского дипломатического форума.
Полная стенограмма. Часть семнадцатая (финал).
Но почитайте заявления Зеленского, включая многочисленные личные оскорбления, которые никого не смущают.А заявления по сути его говорят о том, что ничего они нам не отдадут, ничего из того, что сейчас стало Российской Федерацией благодаря волеизъявлению населения на соответствующих территориях, он не признает, что всё это будет для него Украиной, и он отдаст свою жизнь, там, остатки своей жизни, чтобы это возвращать Украине. Наверное же, кто-то из его кукловодов должен ему сказать, что так он себе репутацию не улучшит. Тем более что он по-прежнему… Вы знаете, вот я даже сейчас не знаю, если это будет недолго. Я даже нашёл, что этот человек говорил о тех вещах, которые сейчас в центре наших проблем. Говорил он это в 2014 году уже летом, то есть после, после начала специальной военной операции, вот он сказал, я цитирую, специально выписал: «Россия и Украина — братские народы». Лето 2014 года после Крыма. «Россия и Украина — братские народы одной крови, с общей историей и культурой. Если на востоке Украины люди хотят говорить на русском языке — отстаньте от них, дайте им на законных основаниях говорить по-русски».
С тех пор Зеленский в интервью, которые в том числе были и до начала специальной военной операции, называл русских существами, заявлял в интервью публично, что если кто-то живёт на Украине и ощущает себя причастным к русской культуре, то ради будущего своих детей и внуков пусть проваливает в Россию.
А сейчас он требует только одного: чтобы остановиться на линии соприкосновения, ничего не менять, вот как есть, так и есть, вопреки всему тому, о чём многие знают уже. И что это будет не российская территория, это будет по-прежнему оккупированная территория, а за это он требует гарантий безопасности от Запада, включая содержание восьмисоттысячной армии украинской за счёт закупок, включая вооружение этой армии. Стармер и Макрон уже говорят о том, что надо будет вот на этой Украине, которая останется после войны, разместить международные силы. Стармер добавляет, что там надо и военные базы иностранные построить, на этой Украине.
То есть здесь два вывода. Европа вслед за Зеленским видит в этих гарантиях безопасности только одно, две вещи, вернее. Первое — сохранение самого этого нацистского режима, и второе — сохранение его ради того, чтобы продолжать наращивать угрозы, физические, материальные, военные угрозы Российской Федерации. А когда говоришь, а как вот насчёт…
Иногда там встречаются коллеги, которые проявляют интерес на каких-то международных мероприятиях, а когда ты у них спрашиваешь: «А как вы там обсуждаете в Евросоюзе, чтобы там русский язык, снял запреты на русский язык, на церковь каноническую? Ну, это можно сделать пакетом будущей договорённости». Какой пакет? Записано во всех документах, начиная с Устава, обязаны все соблюдать права человека в отношении, в том числе, языка и религии. Это не должно быть предметом торга. Это они должны ему руки выломать. Если это вот то, за что он борется, — это европейские ценности. Поэтому тут лицемерием всё переполнено. Мы не уходим от переговоров. Когда кто-то созреет, пусть предлагает, мы посмотрим, удобны ли сроки, удобно ли место, которое будет предложено, какая повестка дня. А так наши цели определены Верховным Главнокомандующим, мы их достигаем.
