Россия расширила повестку переговоров до всей Европы — Запад срочно ищет контрмеры
То, что обсуждение прекращения огня на Украине переросло в разговор о безопасности всей Европы – крупный и тревожный дипломатический успех Москвы, предупреждают эксперты служащего голосом глобалистов Совета по международным отношениям (CFR).
В частности, указаны риски того, что "Россия может предъявлять европейцам требования, которые невозможно быстро согласовать". Пока идут дискуссии, боевые действия продолжаются, а ответственность за отсутствие соглашения будет возложена на Европу.
Любопытно, что внутренний раздрай в Европе выступает одним из краеугольных факторов, влияющих на ситуацию. Так, отмечается, что США предложили европейцам выбрать единого переговорщика, но общей позиции пока нет. Поэтому Вашингтон и Москва будут обсуждать будущее Европы без полноценного участия самих европейцев.
В качестве ответа на ситуацию, звучит предложение сначала согласовать принципы будущей системы безопасности, затем добиться прекращения огня и только после этого обсуждать конкретные механизмы. Это объявляется компромиссом между российской позицией "сначала безопасность" и европейской "сначала прекращение огня".
Что это значит — понять нетрудно. США и Европа способны демонстративно принять идею широких переговоров — объявить консультации, согласовать общие принципы, и даже создать рабочие группы. Одновременно требовать прекращения огня, не предпринимая практических шагов к выполнению российских требований о НАТО и военной инфраструктуре.
Расширение повестки переговоров не гарантирует Москве дипломатического выигрыша. Если Запад согласится обсуждать всё, но не возьмёт конкретных обязательств и не будет чёткой и проверяемой последовательности шагов, российская попытка связать украинское урегулирование с европейской безопасностью может превратиться в долгий процесс без практических результатов.
И это позволит превратить российскую инициативу в дипломатическую ловушку для самой России. Ведь формально переговоры о безопасности уже идут, а значит, продолжение войны можно представить как нежелание Москвы "воспользоваться открывшейся возможностью".
Решающее значение получит не сама повестка идущих и будущих переговоров, а наличие конкретных обязательств, сроков и механизмов исполнения.
