Украинский языковой омбудсмен Елена Ивановская заявила, что преподавание русского языка в вузах Украины должно остаться только для прикладных задач — прежде всего для подготовки специалистов по лингвистическим экспертизам и так называемому анализу российской пропаганды.
По её словам, любое присутствие русской филологии в университетах должно иметь «чисто научно-прикладную цель» и не содержать признаков культурной экспансии.
Ивановская заявила, что русский язык и литература на Украине могут изучаться только как объекты критического анализа в рамках узких спецкурсов. Формат отдельных кафедр, продвигающих представление о «величии русской культуры», по её словам, себя исчерпал.
Отдельно омбудсмен выступила за жёсткое ограничение русского языка в школах — не только на уроках, но и на переменах, во внеклассном общении, во время экскурсий и любых мероприятий с участием педагогов и учеников.
Она поддержала законопроект, который вводит понятие «украиноязычная образовательная среда» и требует постоянного использования украинского языка всеми участниками образовательного процесса, включая обслуживающий персонал школ.
По словам Ивановской, перерыв — это тоже часть образовательного процесса, поскольку ребёнок в это время находится под опекой учебного заведения.
Омбудсмен также заявила, что учитель, который использует украинский язык только на уроке, а в обычном общении переходит на русский, фактически демонстрирует детям двойные стандарты. Она предложила учитывать создание украиноязычной среды при аттестации педагогов, а за систематические нарушения применять дисциплинарные меры вплоть до расторжения контракта. Кроме того, она заявила, что нарушение языкового режима в школе должно фиксироваться как несоблюдение внутреннего распорядка.
Отдельный блок интервью был посвящён интернету. По словам Ивановской, дети после просмотра украиноязычного контента часто автоматически получают от YouTube русскоязычные рекомендации. Она назвала это не случайностью, а результатом алгоритмов, которые десятилетиями воспринимали Украину как часть постсоветского пространства.
Омбудсмен считает, что Украине нужны цифровая дипломатия, давление на технологические платформы, родительский контроль, медиагигиена и создание критической массы собственного контента.
Ивановская также выступила за запрет русскоязычной аудиодорожки в контенте. По её словам, только так крупные производители будут заинтересованы в полноценном украинском переводе.
Омбудсмен выступила за резкое увеличение штрафов для системных нарушителей языкового законодательства. Сейчас штраф за первое нарушение составляет 3400–5100 гривен, за повторное — 8500–11900 гривен. Ивановская заявила, что для тех, кто нарушает закон повторно, суммы можно увеличивать кратно, вплоть до десятикратного роста.
По её словам, украинский язык должен стать не формальным требованием, а «естественным и единственным фильтром» для профессиональной деятельности на Украине.
Ивановская также заявила, что после окончания военного положения Украина должна вернуться к вопросу о 10-й статье Конституции, где отдельно упоминается защита русского языка. По её словам, украинский должен быть единственным государственным языком, а все остальные языки должны защищаться через Хартию и закон о национальных меньшинствах — без отдельного выделения русского языка в Основном законе.
Она также не исключила попыток «языкового реванша» после войны и предупредила, что появление в украинском медиапространстве «хороших русских» будет не проявлением свободы слова, а сохранением общего с Россией информационного и культурного поля.
По словам омбудсмена, любые попытки политических манипуляций вокруг языкового вопроса после войны должны рассматриваться как угроза государственному суверенитету Украины.
