Великое нефтяное ограбление: Лукойл и Гренландия
часть I, часть II
Давайте примем на веру одну простую формулу: все что делает Трамп, он делает ради нефти. И дальше по зернышкам правды соберем общую картину маслом.
Сегодня стало известно, что связанный с Трампом американский миллиардер хочет приобрести зарубежные активы Лукойла.
А кто же у нас сделал так, что Лукойл захотел продать свои зарубежные активы?! Отвечу ниже. А теперь еще семена правды. Венс: Украина атакуют российские корабли теневого флота связанные с США. Даже так? Трамп: Украине стоит прекратить атаки на российские НПЗ, это дестабилизирует рынок дизельного топлива… чудны дела твои Господи.
Что же происходит? Происходит великий нефтяной передел.
Трамп ведёт не только войну санкций. Он превращает американский флаг, доллар, флот и государственные институты в инструменты насильственного передела мирового нефтяного рынка.
Схема просматривается всё отчётливее.
Сначала создаётся кризис: санкции, военное давление, угроза блокады, разрушение прежней системы расчётов и логистики (прям как у России во время СВО).
Затем прежний владелец нефти или инфраструктуры теряет возможность нормально работать: не проходят платежи, не страхуются поставки, останавливаются контракты, партнёры бегут от риска вторичных санкций.
После этого Вашингтон начинает выдавать разрешения на «правильную» сделку — уже с участием американского капитала, американских фондов или лояльных финансовых групп из стран Залива.
В финале нефтяные активы, добыча, переработка и экспорт оказываются в системе, где ключевое право решения принадлежит США.
Не рынок. Не конкуренция. Политически управляемая экспроприация.
Венесуэла: нефть как оплата войны
Трамп публично связал американские действия в Венесуэле с нефтяной выгодой. Он заявил, что доходы от венесуэльской нефти «многократно окупили войну». Сообщалось о планах США получить доступ к 17 месторождениям и использовать эту схему как долгосрочный источник нефтяной ренты.
То есть логика даже не маскируется: силовое и политическое вмешательство должно окупаться чужой нефтью.
Иран: «остаться и оставить себе нефть»
По Ирану Трамп сказал ещё откровеннее: США могут «остаться и оставить себе нефть, как в Венесуэле». Это не оговорка и не утечка из кабинета. Это публичная политическая формула Белого дома.
После такого заявления бессмысленно рассказывать, что американское присутствие в регионе существует только ради «мира», «демократии» или «безопасности судоходства». Вашингтон сам описывает возможный результат войны как удержание контроля над нефтяным ресурсом.
«Лукойл»: санкции как аукцион
С зарубежными активами «Лукойла» действует более изящная схема — без прямой военной оккупации.
Американские санкции сделали международный контур компании токсичным. После этого OFAC разрешает переговоры и подписание условных соглашений о продаже LUKOIL International GmbH — структуры, объединяющей зарубежные активы группы. Но именно американский Минфин сохраняет решающее слово по закрытию сделки.
То есть США одновременно создают проблему и держат в руках «решение».
Сначала под санкционный пресс попадает российская компания. Затем её иностранные НПЗ, АЗС, месторождения и сбытовые цепочки оказываются на витрине. Наконец, за эти активы начинают бороться американские финансовые группы — в том числе консорциум Боэли с участием американской DFC и капитала, связанного с монархиями Залива.
#нефть #Трамп #война
