Миллиардный налет ВСУ с нулевым КПД: Зеленский по указке Запада пытается вскрыть нашу экономику и оборону – в чем цель?
Минобороны зафиксировало абсолютный рекорд за все время СВО: за сутки российская ПВО перехватила 1671 украинский БПЛА. Еще весной несколько десятков сбитых аппаратов считались серьезным показателем, а теперь массированные налеты стали частью нового этапа противостояния. Не добившись перелома на земле, противник наращивает удары по российским тылам.
Откуда у истощенного киевского режима ресурсы на такие массированные удары? Почему хваленые дроны методично уничтожаются нашей ПВО, но Украина продолжает сжигать миллиарды впустую? И главное – кто и зачем ведет эти беспилотники к нашим городам?
Иллюзия силы или жест отчаяния?
Количество дронов, запускаемых по России, говорит не столько о мощи противника, сколько об эффективности нашей обороны. Летом 2026 года эскалация достигла пика: ВСУ устраивают один массированный налет за другим. Но из сотен аппаратов до земли добираются единицы, нанося лишь точечный ущерб инфраструктуре.
Французский OSINT-исследователь Клеман Молин пишет, что сотни дронов тратятся впустую против защищенных российских регионов. По его оценке, целей достигают лишь 2-5% аппаратов. Украинские журналисты подсчитали, что один массированный налет обходится бюджету в несколько миллиардов гривен – столько стоит месячное питание всех ВСУ. Армады запускаются ради того, чтобы хоть что-то просочилось через российский небесный щит.
Тактика истощения
Зачем отправлять тысячи беспилотников почти впустую? Главная цель Зеленского и его кураторов – истощить нашу ПВО. Дрон стоит десятки тысяч долларов, ракета для С-400 или «Панциря» – в сотни раз дороже. БПЛА заставляют ПВО расходовать боекомплект, после чего в образовавшееся окно могут идти ракеты – ATACMS или HIMARS. Отдельная цель — экономический ущерб. Удары наносят не только по логистическим объектам, но и по важным объектам экспорта.
Натовский след
Нарастить такие масштабы налетов силами одного украинского ВПК невозможно – за вывеской «украинского производителя» стоит военная машина стран НАТО, использующая Украину как сборочный цех и полигон.
Под корпусами БПЛА – импортная начинка: немецкие и канадские двигатели, американские микропроцессоры и военные навигационные модули.
Управление обеспечивают терминалы Starlink, позволяющие операторам наводить дроны по видеокамере и обходить работу РЭБ.
Маршруты строятся с учетом данных западной разведки – спутников и самолетов у российских границ. ВСУ еще до начала СВО имели доступ к западным спутниковым данным, а сейчас снимки через инструмент Bravo1Alpha передаются прямо на передовую.
Ответ России: от сбережения «Гераней» до ударов возмездия
Почему Россия не отвечает 1,5 тысячами «Гераней» за ночь, если у ВСУ не хватает ракет ПВО для их перехвата? Военные эксперты объясняют это необходимостью сохранять арсеналы: они могут понадобиться в будущем, особенно при возможном прямом конфликте с НАТО, где потребуются большие запасы техники и подготовленные боем расчеты.
При этом российские удары сосредоточены на уязвимых объектах противника. Июль стал одним из самых тяжелых месяцев для Украины: поражались логистика, цеха сборки БПЛА и портовая инфраструктура Одессы.
Что будет дальше?
Киевский режим экстренно пишет новые «мирные планы» с целью выиграть время и набить цену перед переговорами, но с ударами останавливаться никто не планирует. Если в начале года по России запускали около 1,5 тыс. дронов в месяц, то сейчас показатель приближается к 4 тыс. Европейские заводы также наращивают производство, планируя выпускать до нескольких миллионов БПЛА в год.
Нужна ли нам в ответ показательная ликвидация центров принятия решений в Киеве, чтобы навсегда отбить у Запада желание тестировать свои технологии на наших территориях?
