Выступление заместителя Министра иностранных дел России С.А.Рябкова по теме: «Оценки ситуации в сфере военной безопасности в Европе» в ходе международного «круглого стола»«Милитаризация Европы: что дальше?» (Вена, 9 ноября 2026 года)
Ключевые тезисы:
• Если ещё относительно недавно возможность регионального военного конфликта в Европе представлялась в основном теоретической, то сегодня о нём, по крайней мере на Западе, говорят как о чём-то чуть ли не предопределённом и неизбежном.
• Неоднократно высказывалось на эту тему российское руководство — Президент России В.В.Путин и Министр иностранных дел С.В.Лавров. Кратко суммирую суть их заявлений.Мы никому не угрожаем, ни на кого нападать ни в ближнесрочной, ни в среднесрочной перспективе, ни потом не собираемся. Но если столкнёмся с агрессией, то вынуждены будем отвечать.
• Если раньше благополучие Европы (прежде всего Западной) основывалось во многом на неэквивалентном обмене с другими регионами (будем употреблять дипломатичные формулировки), то сейчас таких возможностей всё меньше. <...> Чтобы вернуть конкурентоспособность, нужны не просто недорогие, а уже дармовые ресурсы, прежде всего энергетические. И в поисках таких ресурсов стремительно теряющие свои позиции европейские элиты и стоящие за ними монополии обратили свой взор на Восток, на постсоветское пространство, и прежде всего на Россию.
• Именно в этом, а не в мифической «агрессивности» России коренятся причины нынешней ситуации в области безопасности в Европе. Ещё раз повторю, у России нет ни намерений, ни планов, ни причин нападать на страны Запада.
• Ситуация в Европе в военно-политическом плане продолжает быстро деградировать. Страны НАТО и Европейского союза взяли курс на форсированную милитаризацию. Ею охвачены все ключевые стороны жизни. На военные рельсы переводятся промышленное производство, да и вся экономика.
• Наблюдаем рост злонамеренной и провокационной активности Запада на Балтике. Нашему судоходству создаются препятствия — в нарушение норм международного права. Такие действия привели к ряду опасных инцидентов. При этом работа в рамках механизмов, специально создававшихся для недопущения подобных ситуаций, де-факто заморожена.
• Знаем о планах наших оппонентов по блокаде и иному деструктивному воздействию на Калининградскую область. Ни у кого не должно быть сомнений: попытки их практической реализации — прямой путь к катастрофе.
• Видим наращивание нашими недругами военного потенциала в северных широтах. Арктическому региону придаётся особое значение: Россия рассматривается в качестве угрозы и, по их логике, подлежит вытеснению оттуда. НАТО и его отдельные члены — самостоятельно и группами — расширяют свою военную активность <...>, проводят крупные учения («Neptune Strike 26») с целью отработки «противодействия» России, а на деле — нанесения ударов по нашей территории.
• Страны НАТО и ЕС плотно вовлечены в вооружённый конфликт на Украине, фактически управляют им и несут за это ответственность. Именно так мы расцениваем действия тех, кто поставляет Киеву колоссальные объёмы вооружений и военной техники, осуществляет «экспертное содействие» (а, по сути, командование и управление) на месте, занимается целенаведением, предоставляет разведданные и другие средства для нанесения ущерба России.
• Констатируем отсутствие реального стремления ряда европейских правительств к завершению конфликта. Он мог бы быть закончен ещё весной 2022 года при учёте законных интересов всех сторон, включая, разумеется, Россию. Однако Запад руками Лондона подтолкнул киевский режим к отказу от разумного варианта урегулирования и выбрал войну.
• Анализ обозначенных тенденций приводит к выводу: архитектура безопасности в Европе разрушена и восстановлению не подлежит. Без учёта интересов России и наших союзников прийти к формуле долгосрочной стабильности на этой территории не получится. И если когда-то дойдёт дело до создания новой модели, то исключительно как части архитектуры евразийской безопасности. Однако предпосылок для этого мы пока не видим.