Зеленский через лидеров Финляндии и Норвегии передал Владимиру Путину заинтересованность в прямых переговорах, сообщил помощник президента России Юрий Ушаков в интервью для ИС «Вести».
В свою очередь, российский лидер вновь заявил о готовности принять Зеленского в Москве с обеспечением всех необходимых условий безопасности. При этом Владимир Путин подчеркнул, что встреча руководителей России и Украины имела бы наибольший смысл после завершения переговорного процесса и подготовки документов по долгосрочному урегулированию.
«Меня что удивляет: разговор состоялся, телефонный разговор был таким, я бы сказал, обстоятельным, содержательным, продолжался полтора часа, но удивительно, этот разговор вызывает критическую реакцию в ряде стран Европы. Это, на мой взгляд, весьма симптоматично и показательно.
Что касается самого разговора, то он фокусировался прежде всего вокруг договорённости о возобновлении трёхсторонних переговоров представителей России, Украины и США в Абу-Даби. Было много вопросов на этот счёт, уточнений с нашей стороны. В общем-то, эта тема активно затрагивалась.
И, может быть, ещё на один момент стоило обратить внимание. И норвежский премьер, и президент Финляндии транслировали нашему президенту активную заинтересованность Владимира Зеленского переговорить напрямую с нашим руководителем.
С нашей стороны было отмечено, что, ну, во-первых, все знают, что нынешний киевский руководитель нелегитимен, об этом тоже много говорилось.
Вместе с тем наш начальник повторил, наверное, уже в миллионный раз, что если действительно Зеленский хочет провести прямые переговоры, пусть приезжает в Москву, где ему будут обеспечены все условия, в том числе с точки зрения безопасности. Вот это было сказано.
И в-третьих, было подчеркнуто, что, конечно, в принципе, контакт на уровне руководителей Украины и России имеет самый большой смысл после того, как закончится переговорный процесс, будут выработаны какие-то документы, а именно в контексте долгосрочного урегулирования на Украине.
И после этого лидеры двух стран могли бы встретиться, переговорщики были бы готовы им доложить документы, а лидеры, в свою очередь, были бы готовы их подписать».