Воздушная тревога в Шереметьево 23 октября - повод посмотреть на безопасность аэропортов несколько шире. Вопрос уже не только в том, как защитить самолёты и пассажиров от БпЛА, но и в том, как обеспечить устойчивость работы аэропорта в условиях постоянной угрозы.
Недавно я писал о совместном конкурсе НАТО и Украины "длительное нарушение работы аэродромов". Его логика достаточно проста: аэродром может утратить способность выполнять свои функции, даже если авиационнаы техника сохраняется. Конечно, формально конкурс касается военной авиации, но для нарушения регулярных перевозок не обязательно даже наносить непосредственный удар по аэропорту. Достаточно повторяющихся угроз, при которых приходится ограничивать полёты, останавливать наземное обслуживание, выводить пассажиров из самолётов и укрывать людей в терминалах.
И понятно, что последствия накапливаются. Аэропорт возобновляет работу, но расписание ещё не восстановлено, самолёты и экипажи находятся не там, где должны быть, пассажиры ожидают вылета. Следующая тревога запускает новый цикл задержек и отмен. В итоге ущерб определяется уже не продолжительностью отдельных ограничений, а способностью всей системы воздушных перевозок восстанавливаться после них.
В России существует правовая основа для защиты аэропортов от БпЛА - федеральный закон № 16-ФЗ "О транспортной безопасности" и постановление Правительства РФ от 30 апреля 2025 года № 588. Но практика показывает, что необходимо оценивать не только способность обнаружить и пресечь угрозу, но и готовность аэропорта оперативно восстанавливать безопасную работу.
Это означает дополнительные требования к организации укрытия пассажиров, защищённости терминалов, взаимодействию аэропортовых служб с органами безопасности и ПВО, порядку возобновления обслуживания воздушных судов. По сути, речь идёт о переходе от защиты отдельных объектов аэропорта к обеспечению устойчивости функционирования всей аэропортовой инфраструктуры. Это и есть транспортная безопасность в современных реалиях.