Министр иностранных дел России Сергей Лавров дал большое интервью программе «Большая игра» на «Первом канале».
Часть шестая.
— Третий европейский шанс — там были и другие эпизоды, но упомяну наиболее яркие — был в апреле 2022 года, когда российские переговорщики в Стамбуле, так же как Президент России Владимир Путин в Анкоридже, приняли то, что было предложено: в Анкоридже — американцами, а в Стамбуле — украинцами. Приняли принципы, на которых были готовы выстраивать уже полноценный мирный договор. Всё это было парафировано. Президент России Владимир Путин не раз демонстрировал это даже перед телекамерами, когда обсуждал эту тему со своими собеседниками.
Тогдашний премьер-министр Британии Борис Джонсон сказал, что ничего никому не запрещал, а только заявил, что если украинцы хотят воевать, то британцы будут с ними. Это ложь. Мы знаем, что он говорил. Давид Арахамия, до сих пор возглавляющий фракцию «Слуга народа» в Верховной раде, признавал, что это не так. Борис Джонсон сказал украинцам, чтобы ничего не подписывали.
У европейцев были ещё последующие шансы, чтобы они заняли такую же вразумительную и ответственную позицию, как администрация Дональда Трампа. То есть чтобы они посмотрели на реальные факты, на положение дел «на земле», включая людей, которые на этой земле живут, и на их мнение. Нет, они продолжают забираться «на забор», с которого очень трудно будет спускаться. Они с каждым разом заявляют, что Россия должна понести «стратегическое поражение».
Вот буквально на днях то ли глава евродипломатии Кая Каллас, то ли кто-то ещё из «говорящих голов» в Европейском союзе заявляли, что надо снова добавить, вот ещё чуть-чуть добавят — и «Украина всех победит». Они, мол, не признают никогда и ничего, что нарушает территориальную целостность Украины.
И всё это почему? Потому что, как они заявляют, Украина отстаивает европейские ценности. Но это явка с повинной, саморазоблачение. Если это так, а они это говорят уже не один год, то под «европейскими ценностями» они понимают откровенное проявление настоящего нацизма, расовую дискриминацию, дискриминацию по национальному признаку, по религиозному признаку — вопреки Уставу ООН, где сказано, что все обязаны уважать права человека независимо от пола, расы, языка и религии.
Запрещён русский язык. В Израиле не запрещены ни арабский, ни фарси. В Иране не запрещён иврит, там синагоги работают, там есть своя еврейская община. А Украина — единственная страна, которая запретила не просто какой-то язык, а официальный язык ООН. За это там отказываются обслуживать в магазинах, в школах закрыли все русские классы, закрыли русскоязычные медиа, в том числе принадлежавшие украинцам, законодательно запретили каноническую православную церковь. И вот это — «европейские ценности».
Также, видимо, «европейскими ценностями» являются кадры, которые мы ежедневно в изобилии наблюдаем и по телевидению, и в соцсетях: как территориальные центры комплектования «бусифицируют» граждан, просто отлавливая их, как скот, на улицах и запихивая в автобусы. Там 10 здоровых лбов хватают одного юношу, запихивают и тащат его, чтобы переодеть в военную форму, дать ему автомат и пинком выкинуть на фронт. Вот это — «европейские ценности», получается.
Поэтому, когда Европа говорит: «Нет, мы должны...» Ребята, у вас было столько шансов, вы их все провалили. Поэтому теперь, чтобы вам хоть каким-то образом снова что-то доверить, вы должны очень сильно постараться, чтобы объяснить, что вы на этот раз задумали. И это будет сложно.
