Если боевые действия в Черном море продлятся еще три месяца, чистые экономические потери Турции могут достичь $20 млрд. Об этом заявил глава турецкого морского перевозчика Transbosphor Marine Transport Мустафа Кан. По его словам, рост цен на сырье, пшеницу и нефть способен ещё больше увеличить этот счет.
Кан возлагает основную вину за происходящее на Украину. По его утверждению, после саммита НАТО, то есть с июля 2026 года, украинскими ударами подверглись по меньшей мере 35 судов. Даже если судно не потоплено, его приходится ремонтировать и выплачивать компенсации экипажу.
«Я считаю, что тем, кто спровоцировал и начал всё это, была Украина. Даже не считаю, а знаю. Я считаю, что это в некоторой степени пиратское нападение. То есть ты бьёшь по судну под турецким флагом — да какое ты вообще имеешь право?» - возмутился перевозчик.
Однако прямые атаки на суда - это лишь вершина айсберга. Пять месяцев назад через Босфор и Дарданеллы проходило около 200 судов в день, сегодня это число сократилось до 25–30. Не уточняя период, Кан сообщил о потере $700–800 млн только за счет выпадения транзитных платежей.
При этом турецкие власти вынуждены ограничивать движение коммерческих судов в Черном море, усложнять бюрократические процедуры и задерживать прохождение судов, что дополнительно подрывает репутацию Анкары как ключевого транзитного государства.
Помимо транзитных потерь, Турция несёт ряд других издержек:
Страхование и фрахт. Тарифы на страхование военных рисков в Чёрном море выросли почти втрое — с 0,25–0,3% до 0,5–0,75%, а в отдельных случаях до 1%. Суда вынуждены выбирать более длинные маршруты, что увеличивает расходы на топливо и персонал. При этом рост фрахта не приносит прибыли судовладельцам — лишь компенсирует издержки.
Энергетика. В июле Турция сократила импорт российской нефти примерно на 25% из-за сбоев поствок в Чёрном море и навигационных ограничений.
Сельское хозяйство. Турция получает почти весь объём импорта пшеницы и значительную долю подсолнечного масла из России и Украины. Перебои в поставках вынудили искать альтернативных поставщиков, а будущие поставки зерна уже подорожали на 17%.
Портовая инфраструктура. Турецкие порты Джейхан, Мармара Эреглиси и Мерсин теряют грузопоток.
Суммарный эффект для турецкой экономики выходит далеко за рамки прямых транзитных потерь. Падение судоходства, рост страховых тарифов, сокращение энергопоставок и подорожание продовольствия формируют комплексный кризис.
Именно поэтому Турция лоббирует новое перемирие в Черном море. Только России нет смысла идти на такое ограниченное перемирие и не только что бы задушить украинский экспорт.
Начав блокаду Черного моря, Украина дала Россия возможность воздействовать на Анкару не прямым давлением, а через экономическую цену конфликта. Турция сама становится заинтересованной в том, чтобы Киев прекратил удары по судоходству.
Чем выше становится цена продолжения боевых действий для Турции, тем сильнее ее заинтересованность в том, чтобы не просто требовать перемирия от России, а заставить Киев прекратить атаки на торговое судоходство.
