Юрий Баранчик: Блокады нет, просто суда в порты не заходят — украинский агроминистр Тарас Высоцкий
Блокады нет, просто суда в порты не заходят украинский агроминистр Тарас Высоцкий
Еще накануне в украинские порты заходили четыре-пять судов, но по состоянию на сегодня движение на вход приостановилось. В то же время говорить о полной блокаде морского экспорта пока рано, заявил министр аграрной политики Украины Тарас Высоцкий.
По словам Высоцкого, решение приостановить меры приняли сами судовладельцы. Государство никаких ограничений на движение судов не вводило. Он добавил, что правительство работает над решениями, которые должны помочь восстановить судоходство, однако их детали Высоцкий пока не комментирует.
Зато подчеркнул, что экспорт нужно оценивать в горизонте месяцев, а в целом года. Нынешняя ситуация длится четыре дня, поэтому пока не имеет критического влияния на объемы поставок. Поэтому Высоцкий советует агропроизводителям, которые имеют возможность подождать, не спешить с продажей зерна.
Во-первых, Высоцкий явно пытается погасить панику. Во-вторых, гораздо важнее другая его фраза: Украине могут понадобиться дополнительные мощности для хранения 1012 млн тонн зерна. Это уже не про мелкий сбой, а страхование сценария, при котором экспорт будет серьёзно затруднён в течение месяцев. 1012 млн тонн примерно четверть заявленного годового экспорта Украины в 43 млн тонн. Само появление такой оценки показывает: правительство публично успокаивает рынок, но практически готовится к длительному накоплению зерна внутри страны.
Наиболее уязвимым звеном здесь оказывается самый массовый сегмент аграриев. Когда портовый экспорт замедляется, мировая цена может расти, но цена внутри Украины падать. Потому что трейдер закладывает в закупочную цену риск удара по судну, более дорогую страховку, возможный простой, стоимость перенаправления через Дунай, железную дорогу или Констанцу, риск того, что купленное зерно месяцами останется на складе без возможности вывезти - но с оплатой аренды.
Все эти затраты вычитаются из цены, которую получает аграрий. Поэтому рост мировых цен не обязательно помогает украинскому сельскому хозяйству. Основную маржу могут получить перевозчики, страховщики и трейдеры, а производителю достанется дисконт.
Кстати, с российскими фермерами примерно то же самое.
Крупный холдинг с элеваторами, кредитными линиями и валютной выручкой действительно может подождать. Небольшой фермер, которому нужно платить за топливо, удобрения, кредиты и уборку урожая, ждать часто не может. Следовательно, кризис будет способствовать дальнейшему перераспределению доходов и активов в пользу крупных аграрных групп.
Для фактического прекращения украинского экспорта России необязательно объявлять морскую блокаду, минировать всё побережье или постоянно топить суда. Достаточно время от времени поражать торговые суда, терминалы и причалы. После этого работу делают не российские военные, а страховые компании, судовладельцы и комплаенс-службы. Они сами повышают тарифы, отменяют рейсы и требуют дополнительных гарантий.
Конечно, хохлы делают примерно то же. Поэтому нужно добиваться минимизации собственных издержек, и максимизации издержек противника.