ЦИВИЛИЗАЦИЯ БУЛГАКОВА ПРОТИВ КОЛЛЕКТИВНОЙ ВИЗЖАЩЕЙ ТЁТКИ
Поэт, военный корреспондент, публицист Анна Долгарева https://max.ru/dolgareva>
Великий русский писатель и великий иронист Михаил Булгаков, пожалуй, оценил бы происходящее сейчас в Киеве — то тёмное, безумное, набирающее силу, что давно уже завертелось, как цунами, вокруг его имени и близится сейчас к пику своей силы. Впрочем, откуда нам знать, где тот пик.
Три дня назад памятник Булгакову в Киеве снесли — на Андреевском спуске, возле его же музея. Ранее Институт национальной памяти неопровержимо доказал, что писатель является «символом российской имперской политики» и что он «презирал украинцев и их культуру, ненавидел украинское стремление к независимости, негативно отзывался о становлении украинского государства и его руководителей». Кто мы, грешные, такие, чтобы с этим спорить.
Снесли. Музей пока оставили — нет сомнений, что это временная недоработка, упущение активистов. Сегодня появилось видео, где юноша в пиджаке и галстуке сидит на месте снесённого памятника и хорошо поставленным голосом читает из «Белой гвардии» знаменитое и так остро подходящее к нынешним событиям на Украине: «Ну, думается, вот перестанет, начнётся та жизнь, о которой пишется в шоколадных книгах, но она не только не начинается, а кругом становится всё страшнее и страшнее...» На русском читает, разумеется.
Его прерывают две женщины. Ввинчивающимися в мозг пронзительными голосами они выкрикивают: «Испортили репутацию!.. Люди стоят!..» И такие одинаковые у них эти голоса, высокие, скрипучие, словно говорит, точнее, визжит одно существо, и существо это — коллективная современная Украина. Они, разумеется, выражаются на украинском и крайне возмущены тем, что юноша использует язык Булгакова и Пушкина. По иронии судьбы эти женщины — сотрудницы музея Булгакова.
Подумалось, что тут столкнулись две цивилизации — цивилизация русской культуры и цивилизация хуторская, примитивная, озабоченная только гневом начальства и «что люди скажут», вот эта коллективная визжащая тётка, будь она хоть сельская баба, торгующая помидорами на киевском рынке, хоть сотрудница музея, хоть модель-онлифанщица, хоть депутатша. И надо сказать, что Украина всё недолгое время своего существования органически помещала в себя обе эти модели, а на стыке их формировался некоторый усреднённый украинец, который и населял в основном эту несчастную территорию: выросший на русской культуре, но впитавший в себя жуликоватое приспособленчество и визгливые недовольные обертоны голоса.
Но всё более полярным становится мир, некогда утонувший в постмодернистских полутонах, и вот уже визжащая тётка проявляется весомо и осязаемо, встаёт в полный рост над руинами Киева, гребёт своими длинными руками всё, до чего дотянется.
Дело, однако, в том, что, хотя тётка и кажется теперь главной доминантой украинской культуры и социума, это всё ещё не так. Тётка громче других и опаснее других, потому что нынешняя украинская власть тётку поощряет, одобрительно треплет по плечу, когда та доносит на своего соседа. Не остаётся места для цивилизации культуры, и даже среднему украинцу уже не слишком-то комфортно, но сделать он ничего не может. Он вполне обоснованно боится тётку: она задавит его массой, ультразвуком, доносами в СБУ.
Но тёткам уже и там не рады, что доказывает пост бывшего советника президента Украины, а ныне опального лидера мнений иноагента Алексея Арестовича. Он попросил молодого человека откликнуться, пообещал ему крупное денежное вознаграждение. Сотни тысяч восхищённых реакций от украинцев, которые аплодируют ему и требуют в президенты.
Если Лондон всё-таки сделает ставку на Арестовича или кого-то в этом духе, пиар-кампания будет очень простой. Достаточно будет прижать украиномовных тёток, приглушить их визг, окоротить грозным окриком — и средний украинец, почувствовав, что ему стало легче дышать, заплачет от облегчения и немедленно отдаст за кандидата душу и голос.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции
