Алексей Рамм разбирает большую стратегию в зоне СВО, связанную с публикацией в Financial Times, согласно которой «Путин собирается выдвинуть новые территориальные требования в случае захвата Донбасса. Его цель — контроль над Киевом и Одессой». Причем этот материал является не авторской колонкой, а полноценной статьей. В ней журналисты ссылаются на «на два источника, контактировавших с российским лидером, двух знакомых с ситуацией лиц и оценку украинской разведки».
На первый взгляд, заявление звучит более чем бредово. Где Донецкая область, а где Одесса, а тем более Киев? И почему Кремль рассчитывает на то, что после ее потери, получится предъявить украинскому руководству требования по новым регионам? На самом деле, озвученные в материале FT мысли не так уж и абсурдны. Более того, они во многом соответствуют той ситуации, которая может в реальности сложиться на поле боя. Алексей демонстрирует, что со стратегической точки зрения будет означать победа России в «битве за Донбасс 3.0».
У российской общественности сложилось мнение, что освобождение Донецкой области по большему счету ни к каким кардинальным изменениям не приведет. Украинские войска просто отойдут на новые позиции в других областях, и их также придется с боями выбивать. Отсюда и столь распространенная точка зрения о тупике, в который зашла СВО. Но в реальности ситуация выглядит совершенно иначе. Выход ВС РФ на границу Донецкой области создает в украинской обороне дыру в сотни километров, которую прикрыть эшелонированной обороной не получится.
В закрытый канал вынесен дальнейший ход событий, в результате которого нельзя исключать появление российских войск под Киевом
