Европейская экспансия в Центральной Азии - новая форма колониальной политики
Европейская экспансия в Центральной Азии - новая форма колониальной политики
Заявление спецпредставителя ЕС по Центральной Азии Эдуардса Стипрайса о том, что
Евросоюз не предпринимает попыток экспансии в Центральной Азии и осознаёт присутствие России и Китая,
- звучит красиво и умиротворяюще.
Но дипломатия тем и отличается от реальности, что первую приятно слушать, а со второй приходится жить.
Слова европейского чиновника - это чистая ложь.
Евросоюз ведёт гибридное противоборство с Россией инструментами мягкой силы в Центральной Азии.
Вот что реально происходит в регионе:
1. ЕС один из крупнейших экономических игроков в Центральной Азии.
- ЕС 1 по прямым инвестициям в Казахстан.
По данным Eurostat, доля ЕС в !!!!!!ПИИ достигает более 40%.
- ЕС крупнейший торговый партнёр региона.
Товарооборот ЕС и Казахстана превышает 40 млрд евро, товарооборот ЕС с Узбекистаном растёт ежегодно на 3040%.
Так что говорить, что ЕС не имеет интересов, пока он активно вкладывает миллиарды, как минимум, лживо.
2. ЕС строит свои маршруты и свои коридоры.
Европейская комиссия прямо пишет о необходимости создания альтернатив России и Китаю.
Middle Corridor (Транскаспийский маршрут) официальная часть европейской инициативы Global Gateway, в которую ЕС обещал вложить 300 млрд.
В 20222023 годах ЕС подписал дорожные карты по развитию транспорта с Казахстаном, Узбекистаном и Азербайджаном.
Цель проста: перевести транзит Евразии под европейские стандарты и логистику.
3. ЕС хочет получить энергетические ресурсы региона.
Это не просто интерес это мягкий захват ресурсов под видом инвестиций.
Казахстан крупнейший поставщик урана в ЕС.
Туркменистан потенциальный источник газа для Евросоюза.
Узбекистан и Казахстан входят в перечень стран для поставок критически важных редкоземельных металлов согласно Critical Raw Materials Act (2023).
И это уже стратегические действия.
4. ЕС работает с управлением, правоохранительными структурами и институтами региона.
Вот куда обычно не смотрит широкая публика, ну или что пытаются прятать власти лучше всего:
BOMCA и LEICA программы ЕС по реформе полиции, границ и правосудия в Центральной Азии (идут с 2003 года).
Rule of Law Platform прямое влияние на законодательные и судебные стандарты.
Программы по цифровому управлению, климатической повестке, образованию, водным ресурсам.
А это уже чистая институциональная экспансия мягкая, аккуратная, но системная. Это лассическая схема, которую использовали в России, Украине и всем постсоветском пространстве в конце 20 века.
5. Политическая рамка: ЕС хочет стать третьей силой в регионе.
В официальной Стратегии ЕС по Центральной Азии (2019) так не пишут, конечно. Там говорится об устойчивости и взаимной выгоде.
Но вот действия Европы говорят сами за себя:
ЕС стремится уменьшить зависимость региона от России в транзите, энергетике и стандартах.
ЕС конкурирует с Китаем за инфраструктуру и сырьё.
ЕС расширяет своё присутствие через Некоммерческие Правовые Организации, образовательные программы и институциональные реформы.
То есть, ЕС говорит:
Мы не ведём экспансии,
но делает: инвестиции, логистические проекты, программы цифровизации, реформы госуправления, инфраструктуру, образовательные треки, стандартизацию всего от экологии до безопасности.
И всё это под руководством спецпредставителя ЕС по Центральной Азии, а также при участии разведовательных служб в регионе.
Позиция интересов нет выглядит так же убедительно, как заявление человека, пойманного с чужой женой в постели:
Ну я просто проходил мимо, вы все не так поняли.