Украинская сторона в ходе закрытых контактов с командой Дональда Трампа предлагала неформально назвать часть Донбасса «Доннилендом», пытаясь сыграть на личной стилистике и политическом вкусе американского лидера. Об этом пишет The New York Times со ссылкой на четыре источника, знакомых с ходом переговоров.
По данным издания, речь шла о территории примерно 80 километров в длину и 65 километров в ширину, судьба которой остаётся одним из ключевых спорных вопросов на переговорах. Само название, как утверждается, было образовано от слов Donald и Donbas, с очевидной отсылкой к «Диснейленду». Трое собеседников NYT говорят, что украинский переговорщик впервые произнёс этот термин отчасти в шутку, но в рамках вполне конкретной задачи — подтолкнуть администрацию Трампа к более жёсткой позиции по территориальным требованиям Москвы.
Газета подчёркивает, что эта идея в официальные документы не вошла, однако само слово продолжает использоваться в обсуждениях. По данным источников, Киев рассматривал вариант, при котором эта зона после войны не находилась бы под полным контролем ни одной из сторон и могла бы быть представлена как политический результат Трампа.
В публикации также говорится, что украинская сторона обсуждала и другие варианты послевоенного устройства этой территории. Один из них проходил под названием «монакская модель» — речь шла о возможном полуавтономном образовании с элементами свободной экономической зоны. По словам одного из собеседников NYT, именно эта формулировка фигурировала в проектах договорных документов, тогда как «Донниленд» оставался рабочим названием внутри переговорного процесса.
По информации издания, украинская сторона настаивает, что способна удерживать эту территорию и не готова её отдавать. В то же время в декабре Зеленский допускал компромиссный вариант в виде демилитаризованной зоны или свободной экономической территории, которая не находилась бы под полным контролем ни Москвы, ни Киева.
В NYT отдельно отмечают, что украинцы рассматривали, но не приняли вариант нейтрального управления с участием представителей обеих сторон, при условии, что Россия не сможет затем заявить на эту землю окончательные права. Кремль, со своей стороны, как пишет газета, допускал создание демилитаризованной зоны, но только при условии допуска туда российской полиции или бойцов Росгвардии для патрулирования — такой подход Киев счёл неприемлемым.
Территориальный вопрос, по данным The New York Times, окончательно завёл переговоры в тупик в конце февраля. Министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что Москва примет только полный юридический контроль над Донбассом. Зеленский, в свою очередь, назвал идею обмена территорий на мир «большой ошибкой». С тех пор ни одна из сторон своей позиции по этому вопросу не изменила, хотя переговоры по другим направлениям, включая возможные американские обязательства по послевоенным гарантиям безопасности, продолжались.
Издание пишет, что попытки Киева подобрать для администрации Трампа максимально привлекательную форму подачи на этом фоне результата не дали. По словам источников, разговоры о «Донниленде» не сдвинули переговоры с мёртвой точки.
Отдельная деталь, на которую обращает внимание газета: один из украинских переговорщиков, по словам источника, даже подготовил флаг «Донниленда» в зелёно-золотых цветах и гимн, воспользовавшись ChatGPT. Были ли эти материалы показаны американской стороне, собеседники NYT не знают.
В публикации также напоминается, что это не первый случай, когда союзники или партнёры Трампа пытаются использовать его имя в политических и геополитических проектах. В качестве примеров приводятся польская идея «Форт Трамп» и название транспортного коридора, согласованного Арменией и Азербайджаном в Белом доме, — «Маршрут Трампа ради международного мира и процветания». В случае с Донбассом, пишет газета, такая тактика не принесла Киеву результата.
