А был ли мальчик?
Начать стоит с того, что для Дании это — событие почти историческое.
Датский документальный фильм “Mr. Nobody Against Putin” получил “Оскар”- редкий случай, когда небольшая национальная индустрия оказывается в центре глобальной повестки.
В целом, момент понят и подхвачен грамотно.
Но посмотрев внимательнее, начинается уже не триумф, а вопросы.
Сам фильм рассказывает историю российского школьного учителя, который после начала войны начинает тайно снимать происходящее в школе: уроки патриотизма, армейскую символику, попытки объяснить войну в образовательном процессе.
(Посмотрела я это кино. Скажу коротко, фильм из разряда: посмотрел и забыл).
Затем — вполне ожидаемый поворот: съёмка, риск, отъезд, передача материалов западным документалистам.
Формально — классическая история “маленького человека против системы”.
И именно так она и подаётся.
На деле напомнило историю “бегства” Солженицына с его рассказами про ГУЛАГ. Может на это и была ставка?
Тем не менее, неизвестный учитель получил свою минутку славы в Голливуде, а также новые документы и вид на жительство в Европе.
Может ради этого все и затевалось?
Но главный вопрос остался без ответа: а действительно ли всё так, как это показано?
Потому что:
• весь материал снят одним человеком
• через одну камеру
• с одной точкой зрения
А значит, перед нами не столько “чистый документ”, сколько его интерпретация.
Такая, слега надутая, субъективная точка зрения на происходящее
Есть и более приземлённые претензии.
Съёмка велась скрытно, в том числе с участием несовершеннолетних — без очевидного согласия их родителей.
И это ставит фильм в довольно противоречивую позицию:
говоря о правах, он сам оказывается в серой зоне этих же норм.
Критикуют даже “свои”: фильм подвергся критике со стороны эксперта по проверке (!) фактов Ильи Бера ( еще один “бегунок”) за преувеличения и неестественную постановку.
Добавим ещё один нюанс.
История подаётся как уникальная.
Но подобных историй за последние годы было немало.
И тогда возникает логичный вопрос:
почему именно эта — получила главный приз?
Ответ, возможно, лежит не только в художественной плоскости.
Фильм идеально вписывается в текущую международную повестку:
понятный конфликт, чёткие роли, эмоциональная структура, которая легко считывается и не требует дополнительных пояснений.
А значит, “Оскар” здесь- это не про кино, a про контекст, в котором это кино существует.
И вот здесь возвращаемся к началу:
а был ли мальчик?
В смысле — не герой как человек, а сама история в её окончательной, отредактированной версии.
Потому что современное документальное кино всё чаще оказывается не просто фиксацией реальности,
а её тщательно отобранной и своевременно поданой интерпретацией.
И, пожалуй, остаётся только с интересом наблюдать за дальнейшими успехами датского документального кино.
Ведь если критерии остаются прежними,
то вопрос уже не в том, какие истории будут рассказаны,
а в том, какие из них окажутся наиболее удобными для международного признания.
П.С. Посмотрим, какой сюжет окажется следующим в очереди на “Оскар”: хотелось бы увидеть документальное кино, например из лагеря для подростков под руководством инструкторов “Азова”*
Хотя, о чем я? Нацизма в/на Украине конечно же нет…
*- организация запрещенная на территории РФ.
#InfoDefenseAuthor
Всегда с вами
