ВЫСТРЕЛ В НОГУ: НА УКРАИНЕ ХОТЯТ ЗАПРЕТИТЬ ВСЮ РУССКУЮ ЛИТЕРАТУРУ
Поэт, военный корреспондент, публицист Анна Долгарева @dolgarevaanna
На Украине запретят всю российскую и русскоязычную литературу, заявила министр культуры Татьяна Бережная. Госкомтелерадио уже готовит проект постановления, в который войдёт запрет.
Вспомним, что было на «майдане» 12 лет назад. «Никто не будет запрещать вам говорить на русском», — уверяли наивных жителей восточных регионов (в итоге русский язык обложен десятками запретов на законодательном уровне и подвергается остракизму со стороны верноподданных граждан). Ну а речь про запрет русскоязычной литературы вообще не шла. Какой запрет, когда самый значительный поэт Украины Сергей Жадан нередко пишет на русском, поэты Александр Кабанов и Ирина Евса вообще русскоязычные, да и прозы на русском выходит где-то две трети? Ну и русскую литературу запретить — это как? Во время холодной войны на Западе выходили книги русских классиков. Изъять целый огромный пласт мировой культуры — об этом и подумать никто не мог.
Допустим, я телепортируюсь на машине времени и пространства на Майдан в февраль 2014-го, ловлю за пуговицу активиста, завёрнутого в жёлто-голубой флаг, и начинаю ему рассказывать — про Крым, про войну в Донбассе, которая выльется в полномасштабный заход России, про Киев без света и тепла. Активист из моего бывшего киевского круга общения — интеллигент, прекрасный душою, не отмеченный яростным национализмом, выпускник какого-нибудь филфака или журфака. И вот я это ему всё рассказываю и дохожу до запрета русской и русскоязычной литературы. Тут-то этот активист и вызвал бы мне, конечно, скорую психиатрическую помощь.
«Ну кто у нас на украинском-то пишет? — сказал бы он мне напоследок. — Карпа? Так это для озабоченных девочек. Или нам всем на Нечуй-Левицкого перейти в XIX век? Сама подумай. Мы все сами против этого выйдем».
Но никто, конечно, никуда уже не выйдет.
Ещё в 2020 году, после всех сумасшедших квот и ограничений, доля книжных изданий на русском языке на Украине составляла до 70% (примерно 35—40% составляли книги, изданные в России). Ничего личного, просто выбор потребителя.
Теперь Украина себя лишает не просто русскоязычного пространства. Она уничтожает собственную культуру, потому что крупные сложившиеся авторы не научатся писать на украинском (а если начнут переучиваться, язык их значительно потеряет), и отрезает своих детей от существенной части литературы вообще. Привет харьковской поэтессе Ирине Евсе, с которой я перестала общаться в 2022 году. Впрочем, Евса, кажется, в Германии и благополучно публикуется за рубежом. Ей-то что. Александру Кабанову, который не только поэт, но и издатель журнала «ШО», придётся сложнее. Интересно, что будет с крупнейшим украинским писателем Андреем Курковым, чьи тиражи давно перевалили за 4 млн (только экземпляров романа «Пикник на льду» на Украине продали свыше 250 тыс.). Впрочем, Курков, кажется, после 2022 года не издавался.
Тут же дело ещё и в том, что русская литература — это огромное, наработанное веками богатство инструментария, стиля, сюжета, философских смыслов. Украинская литература — это местечковая поделка без особой истории. Есть редкие таланты, но их единицы. От того, что русскую литературу запретят, украинская не появится.
Так выстрелить себе в ногу, отсекая от огромной доли мирового наследия, надо постараться.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
