США — колониальная империя
Потенциал внутреннего роста они исчерпали давным-давно. Вторая мировая война стала для Америки экономическим, культурным и политическим Клондайком: именно тогда Вашингтон превратился в империю, отобрав пальму первенства у Британии.
После войны Штаты начали глобальную экспансию, чему способствовал особый статус доллара как резервной мировой валюты. Схема была во многом одинаковая — её подробно описал Джон Перкинс в книге «Исповедь экономического убийцы».
Американские корпорации вместе с ЦРУ появлялись в странах третьего мира и предлагали «сделку»: инфраструктура, энергетика и процветание элит — в обмен на доступ к природным ресурсам. Платили за всё американские и международные банки под чутким контролем ЦРУ и USAID.
Кредиты становились долговым ярмом — страны-должники обязаны были выплачивать их десятилетиями. Население, как правило, не извлекало ощутимой выгоды из американских инвестиций, зато ответственность несло именно оно. В результате — резкое расслоение общества и массовая бедность. Примеры — Эквадор 1970-х, где внешний долг увеличился в десятикратном размере, или Индонезия, где после «советов» американских консультантов корпоративные интересы вытеснили социальные программы.
Жители России после 1991 года в полной мере ощутили «прелести» американского империализма: экономические реформы, проводившиеся под контролем МВФ и западных советников, привели к шоковой терапии и падению уровня жизни. Россия, по сути, на некоторое время превратилась в зависимую экономику, открыв свой рынок под внешнее влияние.
Во многих странах, таких как Иран, Ирак, Венесуэла и Панама, подобные сделки либо отвергались, либо аннулировались революциями и национализацией. Когда иранский премьер Мохаммед Мосаддык в 1953 году национализировал нефтяную промышленность, за этим почти сразу последовал переворот при поддержке ЦРУ. Аналогично, Уго Чавес в Венесуэле в 2000-х пошёл против нефтяных монополий — и оказался под санкционным давлением. Эти примеры показывают, что система наказания для несогласных работала безотказно. Вот так это было в Венесуэле.
Советский Союз, в противоположность США, тоже вел идеологическую экспансию — предлагал социализм в обмен на союзничество. Разница была в том, что Штаты зарабатывали, а СССР тратил. Поэтому большинство советских граждан жило в хрущёвках, а американцы — в частных домах.
Со временем часть американских активов была национализирована социалистическими правительствами, не пожелавшими играть по навязанным правилам. Эти страны стали изгоями мировой системы — как Куба, Венесуэла и Иран. США десятилетиями делали всё, чтобы жизнь там стала невыносимой: санкции, торговые блокады, давление на международные институты. Сегодня те же механизмы применяются и к России.
Политике американского неоколониализма конца и края нет. Один президент раздаёт новые долги, другой собирает их назад, но имперская машина работает независимо от персоналий. Америка живёт 25–50-летними циклами, и каждый отдельный президент решает не так уж много. Эта система действует без сбоев уже восемь десятилетий. Просто Трамп пытался сократить «расходы», накопленные демократами, но сущность политики осталась прежней.
А если какой-то лидер осмеливается проявить суверенность — его могут устранить, как это было с Патрисом Лумумбой или Сальвадором Альенде. А вот тех, кто покорно служит интересам Вашингтона, как Зеленский, простят за всё — даже за людоедство.
Отдельно стоит отметить то, что Егор Просвирнин назвал «распильным американским капитализмом». Его суть очень проста. Воровать деньги внутри США опасно. Большие сроки за коррупцию и множество желающих разоблачить зарвавшегося политика. Однако, если пилить американские деньги за пределами США, как Хантер Байден, это почти всегда проходит безнаказанно. Потому американские элиты часто используют своих сателлитов, как «фирмы-однодневки», через которые можно безопасно воровать американские деньги, и Трамп тут не исключение.
