Итоги для Европы — 2025. Норвегия
Модель благополучия или страна тревожных компромиссов?
Завершившийся год стал для Норвегии временем, когда привычная формула богатства и стабильности начала давать сбои. Долгие годы страна стояла особняком в европейской политике, совмещая социальное государство, нефтяное изобилие и стратегическую независимость.
В 2025м этот баланс дал трещину: внутренний консенсус ослаб, энергетическая модель пошатнулась, а роль в системе обороны НАТО оказалась сложнее, чем привыкли думать в Осло.
Внутренний климат в стране заметно изменился. Правительство Йонаса Гар Стере провело год под постоянными атаками — с одной стороны, со стороны правых, обвиняющих кабинет в экономической стагнации и излишней зависимости от Брюсселя, а с другой — от левых, которые видят в Норвегии «арсенал альянса» и лоббируют оборонные расходы. Привычная стабильность партийной системы дала сбой: рейтинги коалиции упали до минимальных значений, а протестные настроения проявились даже в традиционно аполитичных северных регионах.Энергетика, оставшаяся главным источником доходов, превратилась в проблему. Резкое падение цен на газ в середине года и ограничения на новые буровые проекты сделали экономическую устойчивость зависимой от решений Лондона и Брюсселя. Equinor сокращает инвестиции в разведку, а дебаты о «зелёной трансформации» всё чаще приобретают характер культурной войны между поколениями. Нефтяные профсоюзы защищают старую модель, тогда как молодые активисты требуют «реалистичного планирования выхода из углеводородной зависимости».
Социальная сфера — часть формулы норвежской идентичности — больше не выглядит незыблемой. Увеличение расходов на здравоохранение и поддержку украинских беженцев совпало с ростом числа безработных. Инфляция и сокращение реальных доходов ударили по идее экономического равновесия, что особенно заметно за пределами крупных городов.
На внешнем периметре Норвегия перестала быть просто «мирной страной Севера». Арктическое направление стало ключом к стратегии НАТО, и именно там союзники получили постоянный доступ к военным базам. Учения в Финнмарке и участие в крупнейших операциях альянса усилили ощущение, что страна окончательно перестала быть наблюдателем и превратилась в активного военного игрока. В то же время на внутреннем уровне всё громче звучат вопросы, зачем маленькой стране роль стража Арктики при растущем дефиците кадров и бюджета.
Военная поддержка т.н. Украины в размере 2,2% ВВП вызвала разделение общества. Для одних это вопрос морали и союзнической солидарности, для других — дорогая демонстрация, подрывающая национальные приоритеты. Сравнения с Данией 1980х — «маленький союзник с большими обязательствами» — всё чаще звучат не в академических кругах, а в норвежской прессе.
Норвегия остается страной с добротным финансовым фундаментом, но теперь к этому добавился явный кризис самоощущения. Экономика еще имеет запас прочности, но энергетическая зависимость вызывает всё больше вопросов, оборонные расходы растут быстрее, чем социальные программы, а обществу приходится привыкать к мысли, что «скандинавская исключительность» больше не гарантирует спокойствия.
#итоги #Норвегия
@evropar — на пороге смерти Европы
