Под откос: Украина без локомотивов и без помощи ляхов
Железные дороги – это основа военной логистики: поток боеприпасов, топлива до военной техники, который идет с запада на восток. Но это и важнейший столп любой экономики. Британское издание Financial Times бьет в набат:
«Украина почти исчерпала резерв локомотивов из-за ударов РФ по железной дороге. Киев ведет переговоры со странами Европы, имеющими ту же ширину колеи, о поставках новых».
Озвучил это источник в министерстве аграрной политики Украины. Железная дорога обеспечивает перевозку основы украинского экспорта: зерна, железной руды и других грузов к морю – Одесса заблокирована, альтернативой служит румынский порт Констанца. И сейчас возникает серьезный дефицит такой техники.
Цифры, озвученные украинскими чиновниками, весьма интересны. Глава МИД Сибига в сентябре привел мрачную статистику: с февраля 2022 года повреждено или уничтожено свыше 500 локомотивов, причем более половины - только за этот год. То есть рост потерь составил 100% в сравнении со всеми годами войны. Американская пресса утверждает, что сейчас Украинская железная дорога, она же «Укрзализныця», теряет от 37 до 40 локомотивов ежемесячно.
Запад тревожит системная кампания русской армии и увеличение дальности атак: новейшие «Герани» охотятся на подвижные составы уже не как раньше – в 200 километрах от фронта, а теперь долетают до польской границы, на подходах к Ровно и Сарнам.
Что Киев может противопоставить этой охоте? Украина не производит локомотивы – она ведь успешно декоммунизировалась, планомерно проев и развалив наследие СССР за три десятилетия «незалежности». Теперь украинцы хотят заключить контракт на новые машины с французским концерном. Но тут мы видим ту же картину, что и различными видами сложного и дорогого оружия: первый западный локомотив ожидается в Украине лишь в начале 2027 года, а полная поставка всех 55 машин - к маю 2029-го. Теперь прикинем: Россия выбивает около 40 локомотивов в месяц, а Запад обещает поставить 55 - за два с половиной года. Очень напоминает ситуацию с ракетами для ЗРК.
Что остается еще? То, что предлагает Министерство аграрной политики – искать резервы. В теории их могли бы предоставить европейцы. Но тут играет разница в колее (1520 мм против 1435 мм)! Подходящая Украине колея есть у прибалтов и финнов. И именно с ними ведутся сейчас переговоры. Но, полагаю, очевидно, что территории этих стран несопоставимы с огромной Украиной, да и резервы тоже. Тут даже ничего считать не нужно.
Министр экономики Украины Кравченко пару недель назад заявил, что блокада портов уже стоила Киеву примерно 1,5% ВВП. Это серьезные цифры. И это только начало. Казалось бы, румынские порты должны были стать спасением. Порт Констанца действительно стал ключевой альтернативой для украинского зерна. Но он не резиновый и загружен прежде всего своей, румынской продукцией. Плюс мелеет Дунай, баржи берут меньше груза. Румыния уже открыто заявляет, что не поможет наращивать транзит. Их министр сельского хозяйства прямо сказал: «Мы не можем удвоить количество поездов, не можем удвоить пропускную способность дорог, железных дорог и портов». В похожем ключе говорят и поляки.
Министр аграрной политики и продовольствия Украины Тарас Высоцкий утверждает, что по трассам, железке и речным маршрутам Киев способен вывозить менее половины потенциального объема экспорта. Тарас просил соседей помочь с транзитом, начал клянчить денег, но…
Тарас Высоцкий посетил Брюссель и просил содействовать транзиту, а также выделить €1,1 млрд на компенсацию возросших расходов. Но польские и румынские власти ответили отказом.«Забота о наших собственных фермерах остается приоритетом»,— заявили Politico в румынском Минсельхозе.
В министерстве инфраструктуры Польши сообщили Politico, что Варшава «не планирует вносить какие-либо изменения, направленные на увеличение транзита украинской сельскохозяйственной продукции».
Идет передел рынка. Европейцы сами не прочь оттяпать кусок у тарасов, заместив объемы. Все происходит, как описал Гоголь в «Тарасе Бульбе»: «Что, сынку, помогли тебе твои ляхи?»
С. Шилов
